Вход
Монтессори метод в СССР

Советская педагогика против Монтессори: борьба за экспериментальный Монтессори-сад

Фаусек обнаружила, что в её отсутствие произошла политизация детского сада. Замещавшая её Вера Таубман внесла в программу работы сада пункты об «общественно-политическом воспитании детей», а также о введении среди них «начатков самоуправления». Кроме того, в детском саду появился «Уголок революции». Между Фаусек и Таубман немедленно вспыхнул конфликт. Последняя настаивала на том, что систему воспитания Монтессори стоит пересмотреть в духе «марксистской педагогики». Вплоть до того, что, сохраняя методическую сторону Мотессори, детский сад можно даже переместить на производство в духе идей «трудовой школы». Более того, ей даже удалось убедить в своей правоте остальных сотрудниц детского сада, в том числе Розу Вайкус.

Юлия Ивановна видела в произошедшем неоправданную политизацию воспитания, «лозунговщину» и постепенно восстановила свой авторитет в детском саду, сведя «политическое воспитание» к минимуму. Тем не менее, полностью вернуть всё назад ей уже не удалось, дело было не только в Вере Таубман – происходила корректировка общественного курса эпохи.

Однако, даже вынужденная подчиниться новым инструкциям из Наркомпроса, Фаусек продолжала гнуть свою линию. Это проявилось, например, в том, как зимой 1925 года она организовала в саду порученное ей траурное мероприятие, посвящённое годовщине смерти Ленина. Юлия Ивановна сразу отбросила указания государственных методистов на то, чтобы презентовать детям Ленина в образе ребёнка (порок, от которого детская лениниана не исправилась вплоть до конца СССР), а постаралась задеть их чувства, оставить в детской памяти впечатление о великом человеке (в этом состояла её задача, независимо от собственных взглядов). Она показала детям книжки, написанные Лениным, а также рассказала о своём собственном знакомстве с братом вождя и его женой, продемонстрировала адресованное ей письмо Крупской, в котором та одобряла деятельность детского сада Фаусек. То есть пыталась продемонстрировать непосредственную связь между детьми и пока неизвестным им политическим лидером, зародить интерес к его личности.

Монтессори-сад в СССР

Уже весной 1925 года из Москвы пришло распоряжение закрыть детский сад по системе Монтессори.

Хотя это мероприятие и произвело фурор среди педагогических работников Петрограда, но уже весной 1925 года из Москвы пришло распоряжение закрыть детский сад по системе Монтессори. Это было следствием предшествующего идеологического решения избавить советскую образовательную систему от «индивидуалистических» учений, к которым отнесли и систему Монтессори. Не добившись понимания у ленинградских чиновников Наркомпроса, Фаусек решила лично ехать в Москву к Надежде Крупской, заместителю наркома просвещения. Та доброжелательно приняла Фаусек, а затем походатайствовала за её детский сад перед курировавшим педагогические вузы начальством. Решение о закрытии экспериментального детского сада по системе Монтессори при Педагогическом институте имени Герцена было отменено. При этом Фаусек в своих воспоминаниях приводит такую фразу Надежды Крупской: «Я не понимаю, почему они так перегибают палку, не понимаю, что плохого они находят у Монтессори» (1). Мнение вдовы Ленина в 1925 году ещё значило немало. Но показательно, что даже Крупская ничего не могла сделать с чиновничеством от образования и воспитания, которое упорно боролось с нестандартными методиками (в их восприятии становившимися «несоветскими»). Протекция Крупской не решила вопрос о закрытии последнего в Советской России детского сада по системе Монтессори, она лишь отложила его на некоторое время.

Ссылки:

  1. Фаусек Ю. И. Русская учительница (Кн. 1) // Воспоминания Монтессори-педагога. – М., 2010.  – С. 302.

Читать первую часть: Советская педагогика против Монтессори: давление власти на альтернативщиков

Читать третью часть: Трагическое обаяние советской педагогики и конец системы Монтессори в Советского Союзе

Михаил Пискунов

Оставить комментарий

apteka mujchine for man ukonkemerovo woditely driver.