fbpx

Открытие своего Монтессори-сада

Анна, как вы пришли в Монтессори?
До рождения сына я мало что знала про метод Монтессори. Закончила психологический факультет СПбГУ по специализации «Социальная адаптация и психологическая коррекция личности», но проработала совсем недолго.

Вскоре, в 1995 году, родился мой сын. Тогда я и начала изучать различные методики развития. Информации про Монтессори в то время было мало, но даже её хватило, чтобы понять — это единственный метод, который подходит детям с точки зрения психологии.

Первые пару лет, пока ребёнок был маленький, я занималась тем, что на тот момент называлось Монтессори. В книгах уже можно было найти какие-то упражнения для дома и информацию про самостоятельность. Разумеется, моя домашняя среда была не идеальной, но тем не менее в два года сын сам мыл посуду.

Как получилось, что вы открыли свой Монтессори-сад?
Увидев результаты сына, я решила, что нам нужен Монтессори-сад. Нашла в Петербурге единственную на тот момент школу — American Montessori International. Её создала американка Карен Янг для детей дипломатов и топ-менеджеров; школа была англоязычная, и в основном в неё брали детей экспатов.

Я сходила на наблюдения и поняла, что мне всё нравится. Но эта школа мне была не по карману. И по большому счастью, как сейчас понимаю, так как не являюсь приверженцем англоязычного образования для российских детей.

Тогда же я подумала, что можно открыть свой детский сад, ведь частные садики открывали все кому не лень. Начала искать, где пройти обучение, и мне повезло, в России уже было много курсов. Первым я нашла московский ассоциативный курс AMI. Его создали София Ивановна и Константин Евгеньевич Сумнительные, а курировала AMI-тренер Мария Рот.

Позже, в 2010 году, AMI отказалась от этих курсов, но на тот момент это были самые достойные курсы Монтессори. Мало кто мог поехать учиться за границу, это было очень дорого. А в Россию никто бы AMI-курс тогда не привёз, все это понимали. Мария Рот проявила достаточную смелость, приехав в Москву в 90-х и поддержав ассоциативный курс.

В 2000 году я окончила ассоциативный курс AMI и открыла свой сад — «Золотую бусину», всего с тремя детьми. Но к середине года воспитанников стало уже двенадцать.

Ассоциативный AMI-курс 3–6 в Москве

Как развивалась «Золотая бусина»?
Сначала был один класс для возраста от 3 до 6 лет, в котором я и проработала десять лет. Теперь я понимаю, что среда была далека от идеала. Всё-таки ассоциативный курс не давал той полноты информации, которая нужна для построения класса. Для этого нужен полноценный профессиональный AMI-курс.

Мой сын занимался в «Золотой бусине» до семи лет. К тому времени я многое узнала про метод Монтессори, и, конечно, мне хотелось свою школу для детей 6–12 лет, но это было нереально задачей на тот момент. Поэтому мой ребёнок пошёл в обычную школу, а я продолжала заниматься с классом 3–6.

Потом родители стали всё чаще просить взять в сад детей младшего возраста: «Ребёнку два года уже, возьмите, он такой умный», «Дочери полтора, возьмите, пожалуйста». Но мне было непонятно, что делать с такими малышами.

Тогда мы начали искать курс для Монтессори-педагога 0–3 и снова нашли его в Москве. Это был курс «Вместе с мамой» — чисто российская иллюзия Монтессори; в нём практически не было ничего от метода, только слово «монтессори», к сожалению. Но на тот момент мы ничего этого не знали, поэтому я предложила своей ассистентке пройти этот курс и открыть группу для малышей.

Она поехала в Москву, окончила курс и мы открыли группу для детей до 3 лет. В неё начали ходить дети вместе с мамой, все были довольны: привёл ребёнка, выпустил, он там возится со всей этой ерундой.

Периодически я ходила в эту группу наблюдать, и замечала несоответствия — всё не могла понять, где там логика. Вот в классе 3–6 всё логично: выстроена среда, каждый материал имеет цель, видно, как ребёнок развивается, а в группе до трёх лет творился какой-то бардак. И я продолжила искать информацию об аутентичном образовании Монтессори для детей до 3 лет.

Мой класс 3–6 в 2003 году

Получение AMI-образования

А кто был носителем достоверной информации о Монтессори-педагогике для детей до 3 лет?
В России ходили мифы (и до сих пор ходят), что Мария Монтессори работала только с детьми от 3 до 6 лет, а для детей до 3 лет мы должны придумывать всё сами. Ещё было мнение, что с детьми до 3 лет нужно работать как с детьми с отставанием, ведь они же ещё глупенькие, недоросшие… Поэтому и ставили им в группы укороченные цилиндры, розовые башни из пяти или даже из трёх кубов. Всё это было очень странно.

Я продолжала искать информацию и нашла AMI-курс 0–3 за границей. Но поехать учиться получилось не сразу, на подготовку ушло два года.

Курс стоил 8 тыс. долларов, плюс дорога и проживание, и в двухтясячных это было слишком дорого. Я написала во все учебные центры AMI вопрос, как можно учиться по другим условиям, и некоторые предложили рассрочку. А из Денверского института, штат Колорадо в США, написали, что готовы предоставить стипендию на обучение. Мой будущий тренер нашла спонсора — мецената Джона Белла.

Джон приехал в Петербург, убедиться, что у меня действительно есть Монтессори-сад. Он сделал фотографии, показал их Денверскому институту, и они написали: «Приезжайте!» Так я поехала учиться в Денвер на курс AMI, это был 2007 год.

На курсе в Денвере, 2007 год

Как проходил курс и что изменилось после обучения?
Курс проходил два лета подряд по два месяца. Когда я приехала на первый блок курса, то через три дня лекций мне стало всё понятно — вот оно, вот эта информация, которая нужна. Я смотрела на то, как всё устроено в институте и думала: «Какой же кошмар происходит в России! То, что мы делаем с детьми — это не то что не полезно, это вредно! Так нельзя делать ни в коем случае!»

Вернувшись после первого блока, я закрыла группу 0–3. Она на тот момент работала уже несколько лет, было много клиентов, но я понимала, что так нельзя. А как надо — не знала, ведь обучение ещё не закончилось. Целый год эта группа у нас не работала.

Экзамены в Денвере, 2008 год

А через год возобновили набор тоддлеров?
Да, на следующее лето я полетела сдавать экзамен и параллельно мы вели набор в первый в России тоддлер-класс по AMI-стандарту. В августе я вернулась с дипломом, за месяц сделала среду и в середине сентября открыла группу для детей до 3 лет. К нам сразу записались около тридцати детей. Не все дети ходили пятидневку: кто-то два раза в неделю, кто-то два часа в день. Но оттока не было, наоборот, появилась очередь.

Я работала шесть дней в неделю до обеда и два дня по вечерам, так как быстро сформировались субботняя и вечерние группы. Через какое-то время я поняла, что нужны грамотные помощники. И дело даже не в том, что я уставала — мне элементарно не с кем было поговорить о моих знаниях.

Когда я начинала кому-то рассказывать про маленьких детей, как с ними нужно работать по Монтессори-методу, никто меня не понимал. Тогда для России было вообще очень странно, что можно детей до 3 лет взять в какие-то группы без мам. Это считалось зверством советского времени, аналогом яслей. У нас же до трёх лет отпуск по уходу за ребёнком, и все привыкли, что это время ему нужно быть с мамой.

Поэтому я решила провести курс AMI в России, именно для возраста 0–3.

Мой тоддлер-класс в 2011 году

Организация обучения Монтессори-педагогов AMI в России

Что нужно было сделать, чтобы привезти этот курс?
Нужно было открыть филиал AMI в России и договориться с тренером. В то время у тридцати стран были свои филиалы, а наши педагоги вынуждены были ездить на обучение в Европу или США. В 2009 году я съездила на собрание AMI в Амстердам, посмотрела, как построено сообщество. Там же я начала искать возможности организовать филиал в России.

Была ещё одна сложность — в мире всего четыре тренера AMI 0–3, и они очень заняты. Я подошла к Джуди Орайон, своему тренеру, и сказала, что нам нужен курс в России. Она посоветовала обратиться к Патрисии Уоллнер и поделилась её контактами. Патрисия ответила, что ей было бы интересно. Позже я узнала, что у неё русские корни — бабушка с дедушкой выходцы из России, уехали в США после революции.

Мне пришлось ездить ещё два раза на собрания в Амстердам и общаться с Патрисией лично. И понадобилось ещё два года, чтобы запланировать даты и приступить к организации курса.

В то время я проводила много однодневных или двухдневных семинаров в Петербурге, Москве, Тюмени, Харькове и других городах. Людям было интересно, что такое Монтессори для детей до 3 лет по AMI-стандарту, и на семинарах я про это рассказывала. А заодно приглашала на планируемый курс — настоящий, как везде в мире, с дипломом AMI.

С Патрисией Уоллнер в 2014 году

Когда курс AMI начал преподаваться в России и все ли его заканчивают?
Первый курс начинался в январе 2012 года. Пришлось закрывать нашу школу в январе, мае и сентябре, чтобы проводить обучение. Родителям мы объяснили, что школа закрывается потому, что мы продвигаем AMI-стандарт и наши учителя идут учиться на этот курс. От «Золотой бусины» на первом потоке было пять человек.

У нас есть люди, которые курс не заканчивают по состоянию здоровья, по семейным или финансовым обстоятельствам. Но за все потоки не было ни одного человека, который бы встал, вышел и сказал: «Мне не понравилось. Какая-то ерунда». Зато много людей, которые говорят: «Наконец-то я нашёл то, что искал всегда».

Первый выпуск курса AMI 0–3 в России, 2013 год

Сколько уже прошло в России курсов AMI?
Шесть курсов AMI 0–3 уже прошло, и мы выпустили 150 Монтессори-педагогов для этого возраста. Ещё выпустилось 30 педагогов с курса 3–6, и 40 учатся сейчас. Кроме того, у нас прошло по одному ассистентскому курсу для всех групп: 6–12, 3–6 и 0–3 (последний уже я провела как тренер).

В ближайшие годы в России пройдут практически все существующие AMI-курсы: профессиональные и ассистентские для возрастов 0–3, 3–6, 6–12, инклюзивный и административный.

Нужно ли проходить все ступени поочерёдно: сначала 0–3, потом 3–6 и только после этого 6–12?
Нет, не нужно, можно сразу выбрать 6–12. Единственное, что для курса 6–12 есть обязательное требование: AMI-диплом 3–6. Если этого диплома нет, нужно пройти Foundation-курс, который длится пять недель и даёт базовые знания по 3–6.

Бывают курсы 6–12, например в Бергамо в Италии, которые идут десять месяцев, и в них уже встроен курс Foundation 3–6. У нас в России будет предварительный пятинедельный Foundation с тренером Мадленой Ульрих, а дальше пойдёт уже курс 6–12.

Обучение на AMI-тренера

Сколько нужно времени, чтобы стать тренером AMI, и как происходит обучение?
Тренерская программа обучения — индивидуальная. С этого года тренеры будут идти по другому формату подготовки, стало больше ступеней и статусов. Это политика AMI, позволяющая расширить возможности AMI-образования: сейчас уже лежат шестьдесят заявок на AMI-курсы от разных стран, а тренеров не хватает. И это большая проблема.

Ускорить подготовку тренеров практически невозможно, это очень сложная индивидуальная работа. Человек не может стать тренером за три месяца — нужны глубокие знания, трансформации, опыт. Когда я организовывала первый курс AMI в России, то думала, что всё знаю. Потом послушала Патрисию и поняла, что сама я ничего не проведу. И только после обучения на тренерской программе, уже на последней части в Париже, я начала понимать, как провести полный курс, и чувствую себя достаточно уверенно.

Но без всей этой подготовки, которая была у меня, это было бы абсолютно невозможно. У AMI есть миссия — сохранение аутентичности метода и высокого качества. И это сохранение невозможно без строгих правил и условий. Например, есть требование учиться у нескольких тренеров. В конце тренерской программы нет экзаменов, и если несколько наставников сказали, что этот человек готов, то, значит, он готов и получает статус тренера. Если они говорят «нет», значит, не дадут статус тренера, учись дальше. Такое нельзя ускорить.

Несмотря на очередь на курсы, несмотря на то, что мы хотим распространять качественное образование, его нельзя одномоментно увеличить в десять раз. Поэтому придумали такую схему поэтапного прохождения тренерской программы. Люди, которые будут получать первые тренерские статусы, уже смогут вести ассистентские курсы, смогут быть помощниками тренеров на больших курсах. Это освободит ведущего тренера, и он сможет вести параллельно два курса. Может быть, эти меры поменяют ситуацию, ведь хвост из шестидесяти заявок из разных стран растёт.

С Патрисией Спинелли и дипломом Auxiliary-тренера, Париж, 2019 год

Получается, что спрос на качественное Монтессори-образование превышает возможности AMI?
Да, мы не успеваем удовлетворить спрос в тренерах и педагогах. И это хорошо — это как раз тот двигатель, который может сработать. Родительская заинтересованность, признание в обществе и профессиональной среде — вот реальные движущие силы. А когда сверху кто-то спускает распоряжение или же несколько человек пытаются всем рассказывать и внедрять — такое не работает. Гораздо лучше, когда есть массовая заинтересованность, когда много людей выражают своё свободное мнение. Это как раз правильная тенденция.

Как Монтессори-сад или школа могут приблизиться к стандарту AMI?
Если вы хотите работать по Монтессори, то можете обратиться в Фонд Монтессори и подключиться к программе «10 шагов к AMI-стандарту».

Раньше мы стояли на более жёсткой позиции: что нужно сначала получить образование, а потом открывать сад. Но это идеальная ситуация. А реальность такова, что открылось много садов; они поработали и сейчас хотят двигаться к AMI-стандарту. Для них мы предлагаем программу «10 шагов». Она была создана, чтобы помочь площадке, где пока нет AMI-учителей, продвигаться к международному уровню Монтессори в своём темпе и без больших стартовых затрат.

По программе мы отправляем на площадку AMI-дипломированного опытного педагога. Он проводит тренинг со всеми педагогами сада, выстраивает среду, полностью корректирует материалы. Проводит теоретические занятия с людьми, чтобы они понимали, что такое конкретный возраст, и практические — о том, как работать с материалами. Потом эксперт приезжает на площадку раз в полгода, курирует её, отвечает на вопросы, проводит наблюдения, корректирует что-то. Кроме того, учреждение попадает в наш реестр как площадка, которая работает по «10 шагам», и её педагоги имеют право проводить наблюдения в AMI-школах. Они приезжают и в «Золотую бусину», и к нашим партнёрам.

Это не учебный курс, программа не может дать все знания за такой короткий срок. Но этот подход позволяет сначала попробовать AMI-стандарт, увидеть уровень качества, а уже потом принять взвешенное решение о дальнейшем обучении.

Договор на участие в программе заключается на пять лет максимум. Мы считаем, что за это время люди могут найти деньги и возможности, чтобы отправить человека на курс AMI. Если нет — значит, не хотели.

Нашу программу уже прошли двадцать садов и школ Монтессори. И все отправили своих учителей на AMI-курс, так как после «10 шагов» у них снимаются барьеры вроде «А нужно ли мне?».

Каким вы видите будущее метода Монтессори в России?
У меня нет сомнений, что всё будет расширяться и развиваться — это совершенно естественная природа этого метода. Мне бы просто хотелось, чтобы это происходило немножко быстрее. Со своей стороны мы делаем, что можем, и призываем всех присоединяться к нашему движению.

Родителям про Монтессори-образование

Родители спрашивают, как выбрать хороший сад Монтессори. Мы рекомендуем обратить внимание на наличие педагога с образованием AMI или чтобы сад хотя бы был в программе «10 шагов». Но как быть, если сад не соответствует ни одному из этих требований?
Честно говоря, я склоняюсь к жёсткой позиции, особенно что касается возраста до 3 лет. Это очень нежный возраст, ребёнок в нём — психический эмбрион, которому очень легко навредить. Не нужно посещать тоддлер-класс, если вы не уверены в качестве учебного заведения.

Можно организовать домашнюю среду таким образом, что дети до 3 лет будут оптимально развиваться, но понадобятся консультации AMI-специалиста. Такие консультации мы проводим в «Золотой бусине» не только для клиентов, а для всех желающих. Легко найти и другого эксперта — сейчас уже 150 педагогов AMI в стране; и у вас есть онлайн-курсы для родителей, которые ведут педагоги AMI.

Для возраста 3–6 — другая ситуация. Всё-таки там уже дидактические материалы, научиться работать с которыми дома без специального образования невозможно. А кроме того, вредно.

Есть такая тенденция в некоторых семьях: покупать Монтессори-материалы и давать их ребёнку дома. Я не рекомендую так делать. Дом должен быть домом, а класс — классом. Дома люди живут: общаются в семейном кругу, отдыхают, во что-то играют, вместе едят и проводят досуг. Это семейная жизнь, и она не должна превращаться в учебный класс, не нужно давать маленькому ребёнку неправильную психологическую информацию.

Более того, если родители покупают Монтессори-материалы домой, а потом ещё и водят ребёнка в Монтессори-класс, то у него уже совсем другое отношение к этим материалам. Он уже с ними наигрался и не будет их воспринимать как дидактические.

Какой результат даёт метод Монтессори?
По результатам будет здоровая личность. У человека есть два потока энергии: физическая и психическая. У младенца эти потоки совпадают, это называют психосоматическим единством. Если это психосоматическое единство не нарушается, то человек растёт здоровой личностью. Он прекрасно ощущает свои потребности, может их выражать, реализовывать, адекватно и социально-приемлемо в том обществе, в той культурно-социальной среде, в которой он живёт.

У младенца до полугода мозговые волны соответствуют мозговым волнам человека, находящегося в медитации. Это такое состояние, которое называют самоисцеляющим — весь организм работает в гармонии. Но когда младенец начинает проявлять себя в мир, совершать свои первые попытки, хочет что-то поделать, куда-то поползти, что-то взять, его усаживают в манеж. Как кажется, что для его же безопасности. Так происходит первое разъединение физической энергии и психической. Малыш видит, говорит «хочу», его психическая энергия направлена туда, а физическая заблокирована, он не может ничего сделать, чтобы получить желаемое.

Когда детей усаживают за парты, их желания тоже никто не учитывает, их физически ограничивают. Психическая энергия должна быть направлена на то, что считают нужным учителя, а не куда хотят дети. Подобные вещи в итоге приводят к взрослому состоянию полного разделения, психосоматическим заболеваниям, невротическим расстройствам, вытесненным потребностям.

А Монтессори-образование даёт возможность всё это сохранить в целостности. Ребёнок не испытывает фрустрации, ведь у него потоки этих энергий не разделяют, а учат постепенно самому ими управлять.

Эта внутренняя дисциплина, про которую мы говорим, появляется постепенно. Но появиться она может только в Монтессори-среде, сама по себе она не возникнет, для неё нужны условия. Адаптация, адекватная к социуму: когда правила соблюдаются не потому, что тут за мной следят, и поэтому я буду себя вести правильно, а как только никого нет, я делаю что хочу. А соблюдаются они потому, что человек внутренне убеждён, что эти правила полезны. Он просто их соблюдает, потому что они стали его внутренними правилами. И поэтому они ему не вредят, они не влияют негативно на его потоки энергии. Человек существует как гармоничная, здоровая, самостоятельная, адаптированная личность, способная решать свои проблемы самостоятельно.

Иногда родители ошибочно думают, что Монтессори-метод ускоряет развитие и даёт больше возможностей, способностей, талантов, выращивает гениев. Это не так. Монтессори-метод вообще не направлен на культивирование каких-то талантов. Он просто позволяет раскрыться всему потенциалу, который есть у ребёнка. А потенциал у каждого свой.

Какова роль родителей в воспитании Монтессори?
Любой взрослый для ребёнка является учителем, и родитель — не исключение. То, что учитель в школе называется учителем, а родитель называется родителем, для ребёнка не имеет значения. Для него любой взрослый — модель. Модель поведения, речи, движений, отношения к миру, отношения к себе и другим людям. Это модель того, как нужно жить в этом мире.

Для маленького ребёнка родитель важнее учителя, это более важная модель. У нас есть термин «подготовленный взрослый»: любой взрослый рядом с ребёнком в идеале должен быть подготовлен, чтобы поддерживать развитие. Ведь ребёнок развивается всегда, а не только в классе; в развитии нет перерывов, выходных и отпусков. И в идеале Монтессори-родитель тоже должен пройти внутреннюю трансформацию, чтобы быть помощником в реализации потенциала, который заложен в ребёнке.

Это другая позиция — это позиция, когда мы признаём за ребёнком субъективное право роста и развития. Потому что вырасти и развиться может только ребёнок, никто за него это сделать не может.

Фото из личного архива Анны Пугачёвой

Беседовала Анна Страшинская, редактор сообщества «Монтессори.Дети»

Добавить в избранное Распечатать

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *